Сделать стартовой      Добавить в избранное
   Карта сайта    Поддержка (Support)
  Поиск по сайту
логин :
пароль :
Пройти регистрацию
Напомнить пароль?
 
Навигация по журналу
Выберите нужный раздел ..
Деловой протокол
Стандарты протокола
Организация мероприятий
Невербальные коды коммуникации
Межкультурные коммуникации
Этикет
Полезные советы
Видео
Книги

Все последние новости

Мобильная версия сайта
 
 


Календарь публикаций
«    Декабрь 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 


Популярные статьи
Самое популярное на сайте ..
 
 


Facebook
Мы на Facebook
 
 


Наш опрос
Нам интересно Ваше мнение ..
 
 


Облако тэгов
Популярные ключевые слова ..
cfghfcdh xdfgfghfg
 
 
Новости партнёров
Рекомендуем прочитать ..
В ЛНР заявили о гибели российского добровольца во львовской тюрьме
Российский доброволец Валерий Иванов, принимавший участие в конфликте в Донбассе на стороне самопровозглашенной Луганской народной республики, скончался во львовской тюрьме, заявила РИА Новости ...

В МИД РФ объяснили, зачем США выдвинули России ультиматум по ракетам
Если Москва не уничтожит крылатую ракету наземного базирования 9М729, которая, по мнению Вашингтона, нарушает Договор, США выйдут из этого двустороннего соглашения, являющегося одним из столпов ...

Правительство Украины намерено ввести новые санкции против России
Министерство по вопросам «временно оккупированным территорий» и внутренне перемещенных лиц Украины предложило совету национальной безопасности и обороны (СНБО) Украины ввести санкции против ряда ...

 
 


Архив новостей
Октябрь 2015 (1)
Сентябрь 2015 (3)
Февраль 2015 (2)
Август 2014 (1)
Июль 2014 (1)
Июнь 2014 (1)


Выбор шаблона
Выберите оформление сайта ..

{changeskin}
 
 
Важная информация
RSS-лента новостей

•   Деловой протокол » Деловой протокол » Власть протокола 


31-10-2010, 14:52 Деловой протокол  ] • Власть протокола
 

Власть протокола



В библиотеке конгресса США, размеры и компьютерное оснащение которой впечатляют своим размахом, он попросил однажды дать ему справку о книгах, написанных шефами протокола глав государств, королей или премьер-министров. Минут через двадцать пришел ответ: таких книг в библиотечном хранилище не обнаружено.

В кругу людей, долгие годы наблюдавших вблизи рабочую повседневность президентов, премьеров, королевских особ, сочинять мемуары не принято. Законодательных или иных официальных запретов на сей счет нигде в мире не существует. Просто не принято - и все. Такова этическая регламентация, таков неписаный протокол, нарушить который считается столь же неприличным, как на прием к королеве Великобритании явиться не в смокинге, а в пиджачной паре. Когда бывший руководитель службы протокола президента СССР, бывший шеф протокола первого президента России Владимир Шевченко издал книгу "Повседневная жизнь Кремля при президентах", ее в считаные дни смели с прилавков. Автор рассказывал об атрибутах президентской власти, о том, что такое "ядерный чемоданчик", о подготовке визитов, об одежде для официальных приемов, о спецсвязи и гараже особого назначения, о подарках главам иностранных делегаций, о том, как лидеры государств говорят по телефону, о процедуре вручения верительных грамот, о встречах "без галстуков"... Но любители пряных "подробностей" были жестоко разочарованы: ни словом, ни намеком повествователь не вышел за рамки внутреннего, им же самим для себя установленного протокола.

- Мы будем беседовать по протоколу или без?

- В каком смысле?

- В том смысле, что, наверное, есть вопросы, задавать которые человеку вашей профессии заведомо бесполезно, ответ все равно будет протокольным.

- Можно задавать любые вопросы. Главное - получить ответ.

- Вот я о том и говорю.

- Нет, можно спрашивать обо всем. Лишь бы вопрос был задан профессионально. Наша беда заключается, знаете, в чем? У нас очень много непрофессионализма.

- В журналистской работе?

- Не только в журналистской, но и в ней тоже. Тебе кто-то что-то сказал, ты получил информацию, но ее ведь надо перепроверить.

- Полтора года назад появились сообщения, что семью Ельцина выселяют из Барвихи. Оказалось - неправда.

- Это как раз тот самый случай, когда пресса тиражирует слухи. Никто Наину Иосифовну с госдачи не выселяет. На личной даче идет реконструкция, такая, знаете, вялотекущая. Она продлится еще год-полтора, а когда закончится, Наина Иосифовна, скорее всего, сама покинет госдачу. Достаточно было позвонить мне, и я бы внес ясность. Но никто не удосужился. Хотя чего проще: тебя что-что интересует - приди, спроси. Я открыт для общения с прессой. Что знаю - расскажу.

- Знаете вы много, но едва ли расскажете все. Вообще какую степень откровенности вправе позволить себе человек, стоявший очень близко к первым лицам государства?

- Близость к первому лицу накладывает на тебя большую ответственность. Потому что каждый глава государства имеет свои человеческие слабости, недостатки. Но вовсе не обязательно на них акцентировать внимание широкой публики. Я читал мемуары многих людей, стоявших близко к Ельцину... Не хочу комментировать. Единственное, что временами хочется сделать, это сесть и выдать антимемуары. Под названием: "Мужики, не врите! Все было совсем по-другому". Иногда читаешь чьи-то воспоминания и хочется спросить автора: "А что ты сделал для того, чтобы предотвратить тот неприятный эпизод, о котором рассказываешь?"

- Дирижерский дебют Ельцина в Берлине можно было предотвратить?

- Во всяком случае можно было Бориса Николаевича на музицирование не провоцировать. Ведь когда он дирижировал оркестром, наши министры и другие члены российской делегации подобострастно аплодировали. Потом эти же люди в кулуарах осуждали президента за его поведение.

- А сами чиновники из окружения Ельцина часто нарушали протокол?

- Бывало. Например, с главой государства не принято здороваться через стол. Следует стол обойти и только затем поздороваться. Я был вынужден потом кое-кому делать замечания. Или, к примеру, предупреждаешь: "На официальный прием - только в темном костюме". Приходит. "Господи, что ты надел?!" - "Но это же темный костюм". - "Да никакой он не темный! Ты, что, не видишь, что он серый?" Появление на приеме в неподобающем одеянии всегда режет глаз. Вошел, заметил, что одет не так, как все, лети в гостиницу, может, еще успеешь переодеться. Но если нет подходящего запасного костюма - все, до свидания. Считай, что на приеме тебя не было.

- Не пустят?

- Пустят. Но будут смотреть на тебя так, что ты сам поймешь: твой вид вызывает недоумение.

- У каждого президента своя манера одеваться. Как быть, если эта манера плохо согласуется с протоколом?

- В таких случаях я всегда деликатно давал совет. Объяснял, что принято, а что непринято. Но на Михаила Сергеевича, например, мы смокинг так и не надели - не удалось. Представьте, королевский прием. Первое условие - смокинг. Впервые наши чиновники появились в смокингах на королевском приеме в 1994 году. А вот король Испании смокинг не признает - только фрак. А мы фрак не признаем. Что делать? Встречаемся с сотрудниками королевского протокола, начинаем просить, уговаривать. Нам говорят: "Хорошо, король тоже будет не во фраке". Тут нужно идти друг другу навстречу, проявлять понимание.

- Ельцин фрак надевал?

- Никогда. Но у него был смокинг. А первым из российских лидеров надел фрак Владимир Владимирович.

- Со сменой президентов что-нибудь менялось в протоколе?

- Принципиальных изменений не было. Президентский протокол у нас уже устоялся. А возник он при Горбачеве. До 1990 года, пока Михаил Сергеевич не стал президентом СССР, наши зарубежные коллеги часто задавали вопрос: "Скажите, кто у вас главный в стране - Генеральный секретарь или Председатель Верховного Совета?" Всю протокольную работу в те времена проводили через МИД (там и сейчас обеспечивается государственный протокол). Но у нас не было протокола Генерального секретаря. И когда Горбачева избрали президентом, встал вопрос о создании протокольной службы при главе государства. Мне было предложено эту службу создать и взять под свое руководство. Я с энтузиазмом взялся за дело. Только-только мы начали что-то выстраивать, как Советский Союз прекратил существование. И работу по созданию президентского протокола мы продолжили уже при Ельцине. Был издан указ о единой протокольной практике в России. В нем было расписано, кто за что отвечает. Появилось протокольное старшинство. Возникли протокольные службы в министерствах и ведомствах. Я благодарен судьбе за то, что на стыке эпох мне выпала эта работа. Я добивался, чтобы протокол уважали. И добился.

- Наверное, добились не до конца. "Не так сели". Помните?

- Ну, еще бы не помнить! Хотя сели они тогда именно так, как положено, уж вы мне поверьте. За рассадку отвечал я, и она была правильной.

- Это пахнет сенсацией. Почему же Ельцин сказал "не так сели" и, выдержав театральную паузу, с нажимом произнес: "Степашин - первый зам. Пересядьте"?

- Ну, возможно, ему хотелось публично "приподнять" Сергея Вадимовича, подчеркнуть его политический вес. Вскоре после этого случая Сергей Вадимович был назначен премьером.

- Тогда объясните, в чем состояла правильная рассадка?

- Она состояла в том, что на месте, куда Борис Николаевич пересадил Степашина, сначала сидел Андрей Логинов, начальник президентского Управления по вопросам внутренней политики.

- А почему он сидел по левую руку от президента?

- Потому что проходило заседание оргкомитета по встрече третьего тысячелетия. Логинов был ответственным секретарем этого оргкомитета, и в данном качестве ему надлежало сидеть рядом с главой государства.

- Личность президента, особенности его характера, привычки или, скажем, внезапная смена настроения - все это кладет отпечаток на протокол, заставляет подчас отступать от канона?

- Конечно. Борис Николаевич, например, не любил длинных переговоров. А вот при Михаиле Сергеевиче переговоры могли затягиваться. Но если мы с Борисом Николаевичем составляли программу, передо мной ставилась задача: стараться за рамки этой программы не выходить. С Ельциным мы даже договаривались: если переговоры затягиваются, я должен войти и со значением показать на часы. Ни одна протокольная служба не брала на себя такую смелость. А я заходил.

- В момент беседы первых лиц?

- Да, в момент беседы первых лиц. Заходил, давал сигнал. Если Борис Николаевич не реагировал на мое появление, значит, готов был продолжать беседу. А если ему хотелось закончить переговоры, он изображал на лице крайнюю досаду и, показав собеседнику на меня, в сердцах восклицал: "Протокол! Как же он надоел! Ну что с ним сделаешь..." Он понимал, что если мы составили поминутно расписанную программу, то превышение лимита времени на одном мероприятии влечет за собой опоздание на другое, третье, четвертое... Это как домино. Раз - и все валится.

- Ельцин не любил опаздывать?

- Не любил. Был чрезвычайно пунктуален. И очень огорчался, когда другие вели себя расхлябанно.

- А главы государств, иностранные премьер-министры на встречу с Ельциным опаздывали?

- Случалось. Однажды Клинтон заставил себя ждать. Я ему говорю: "Господин Клинтон, время. Я вас прошу..." А он идет неспеша, спокойно, вразвалочку, с корреспондентами на ходу разговаривает. Или, помню, задерживались переговоры с Хасимото. Вы, наверное, знаете, что он очень любил фотографировать. Борис Николаевич говорит: "Вот он сейчас придет, и я его сфотографирую". Дали Ельцину фотоаппарат, а Хасимото нет и нет. Тогда Борис Николаевич возьми да скажи во весь голос: "Все, больше не ждем, уходим!" А там стояли ребята из протокольной службы Хасимото. Они всполошились, забегали... Ну потом мы все это в шутку обратили. Борис Николаевич очень волновался, когда опаздывал кто-то из иностранных гостей, прибывавших в Кремль. Спрашивал: "Ну почему он опаздывает?" Я отвечал: "Он уже въехал в Кремль. С минуты на минуту будет здесь". - "А может, мы виноваты? Может, машину не вовремя подали?" В таких случаях он сразу интересовался, нет ли тут нашей вины. При подготовке визитов мелочей не бывает.

- Какие протокольные традиции были заложены в период правления Ельцина?

- Ну, например, встречи "без галстуков".

- Это сам Ельцин придумал?

- Его к этому Гельмут Коль подтолкнул. После неформального общения с Колем появилась традиция выбираться за пределы Кремля, встречаться в загородной резиденции, выходить на лоно природы. Встречи "без галстуков" дают возможность, не тратя много времени на официальные процедуры, посидеть у камина, у костра и поговорить не только о мировых проблемах, но и просто о жизни. Подобные встречи способствуют человеческому сближению лидеров. После такого сближения легче решать и мировые проблемы.

- Со службой протокола какого государства вам было труднее всего договариваться?

- Всегда очень жесткими были французские протоколисты, переговоры с ними давались нам нелегко. Теперь представьте ситуацию: 1995 год, Россия празднует 50-летие Победы. Приезжает тяжелобольной Миттеран. Ребята из французской службы протокола приходят ко мне: "Президент плох. Его передвижения очень ограничены. Он не может туда, он не может сюда..." Я говорю: "Забудьте об этом. На руках будем носить, если потребуется". И вот торжественный прием во Дворце съездов. На каждое выступление отводится по пять - семь минут. Выступает Миттеран. Говорит пятнадцать минут, двадцать, двадцать пять... Зал слушает, не шелохнувшись, только протокольная служба поначалу дернулась. И только позже мы поняли: в Москву приехали 67 делегаций, и, пользуясь таким случаем, Франсуа Миттеран как бы прощался со всеми. Он говорил тридцать семь минут. В тот же день отбыл во Францию. А через некоторое время мы поехали на его похороны.

- В советские времена по расстановке вождей на Мавзолее страна пыталась вычислить, кто в фаворе, а кто в опале. А теперь? По тому, кто где сидит или стоит на официальных мероприятиях, можно делать далеко идущие выводы?

- Начну с того, что и раньше делать такие выводы было опрометчиво. Давайте обратимся к кино- и телеархивам, взглянем на первые полосы советских газет. Мы увидим четкую иерархию. Сначала генсек, затем второй секретарь (это была неофициальная должность), следом идут по алфавиту члены Политбюро, кандидаты в члены Политбюро, потом по алфавиту - секретари ЦК. И все! Был установленный порядок. Каждый знал свое место. А сегодня существует протокольное старшинство. Это официально утвержденная иерархия. Согласно ей и рассаживаются люди, входящие в руководство страны. Судить о твоих карьерных перспективах по тому, с кем ты рядом сидишь, к примеру на правительственном концерте, это просто смешно.

- Как вы думаете, почему Ельцин взял вас в свою команду? Вы ведь до распада СССР руководили протокольной службой Горбачева, с которым у Ельцина были не лучшие отношения?

- Не знаю, почему. Это надо было спрашивать у Бориса Николаевича.

- Вы не спрашивали?

- Нет. Но в беседе со мной он однажды сказал: "Я в вас не ошибся". И когда в 1999 году Ельцин уходил в отставку, он меня спросил: "Вы останетесь со мной?" Я ответил: "Да, Борис Николаевич, если я вам нужен, я останусь". Потом я встречался один на один с Владимиром Владимировичем, и он мне сказал: "Даю вам поручение. Займитесь обеспечением жизнедеятельности первого президента". Должен заметить, уход Ельцина в отставку положил начало новой традиции. Как было с Хрущевым? Все годы после того, как его сместили с поста, он находился в полной изоляции, можно сказать, под домашним арестом, даже имя его не упоминалось. Остальные наши вожди уходили под траурные мелодии на Красной площади. А с Ельциным получилось иначе. Он остался публичной фигурой. Много путешествовал по миру, встречался со старыми друзьями. Мы с ним были в гостях и у Хасимото, и у Ширака, и у Коля. Ездили по стране. Посещали СНГ.

- В каком статусе вы работали с Ельциным после его ухода из Кремля?

- В статусе советника президента России. В этом статусе я и сейчас нахожусь.

- Что дает вам этот статус?

- Он дает возможность на государственном уровне воспитывать в обществе цивилизованное отношение к людям, стоявшим когда-то во главе страны. Возьмите Соединенные Штаты Америки. Сегодня там двенадцать президентских центров. Есть даже Центр Никсона, потерявшего свой пост после Уотергейта, - приходи, изучай, как это было. Я ознакомился с работой трех президентских центров - Рейгана, Буша-старшего и Клинтона. По результатам поездки мной была подготовлена записка, в которой я обосновал необходимость таких центров и у нас в России. Мое предложение получило поддержку, и был принят Закон "О центрах исторического наследия президентов Российской Федерации, прекративших исполнение своих полномочий". Сейчас я занимаюсь созданием Центра первого президента РФ Б.Н. Ельцина, который будет находиться в Екатеринбурге.

- Как вы относитесь к тому, что эпоху Ельцина теперь называют не иначе как "лихие девяностые"?

- Да, кое-кто считает, что современная история России началась только теперь. Мол, все, что ныне делается, это все впервые. Прежде чем так говорить, внимательно и беспристрастно изучите период девяностых. Да, были проколы, были ошибки. Но многое из того, что сегодня получает развитие, закладывалось именно тогда. Обратите внимание на выступления первых лиц нашего государства, и вы поймете, что никто из них не принижает значения той эпохи и заслуг первого президента России.

- Находясь на пенсии, Ельцин в частных беседах комментировал происходящее в России и в мире?

- Почему только в частных? Он иногда и публично высказывался. Например, об отношениях с Белоруссией, о создании Союзного государства. Но он постепенно отходил от активной политической деятельности, и делал это совершенно сознательно: не хотел мешать новому руководству. Конечно, он переживал. Что-то ему нравилось, а что-то - нет.

- Чему он радовался в последний год своей жизни, а что его тревожило?

- Его радовало, что страна пошла на подъем, появились валютные накопления. А огорчала непродуманная монетизация льгот. Он говорил: "Что же они делают? Нельзя так обращаться со стариками". Еще он очень тяжело переживал натовское приближение к российским границам.

- Отношения с семьей Ельцина у вас сохраняются?

- Да.

- Часто видитесь?

- Очень часто. Потому что на всех мероприятиях, куда приглашают Наину Иосифовну, я стараюсь быть с ней.

- Забота о семье Ельцина остается вашей обязанностью?

- Это не обязанность. Это моя душа. Я не могу ее оставить.

- Протокол празднования вашего юбилея вами уже расписан?

- Никакого особого празднования я не планирую.

- Но официальная-то часть будет, наверное, как же без нее?

- Про официальную часть мне ничего не известно. Официальная часть определяется не мной. Что касается меня, то я просто соберу друзей. Посидим, поговорим. Нам есть что вспомнить.

 

Валерий Выжутович, политический обозреватель


 (голосов: 1)

 
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Другие новости по теме:


Информация
 
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
 
 
Главная страница   |   Регистрация   |   Добавить новость   |   Новое на сайте   |   Статистика  

                Журнал "Деловой протокол и Этикет" © 2010
               Все новости делового протокола и этикета в одном месте!
Журнал "Деловой протокол и Этикет" © 2010
         
counter 88x31   counter 88x31   counter 88x31